?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
Atlantic Fleet
karrer

Крейсер его величества "Улисс":



Конечно же, это не "Улисс" (да и будь он IRL, он бы относился ко второй серии CL "Dido"), но, что называется, "соответствует".

А это друг арктических конвоев, "Чарли" - WF-200:



И можно вспомнить ещё один эпизод:

"- Должно быть, правы, проговорил он медленно. - Все суда конвоя освещены с севера, и логично предположить, что атака будет произведена со стороны темной части горизонта.  Он внезапно умолк, увидев милях в двух южнее "Улисса" огромные светлые шары разрывов.  - Вы-таки оказались правы, - проговорил он негромко. - Пожаловали незваные гости.  Едва не задевая друг друга крыльями, самолеты летели с юга. Они двигались тремя волнами, по три-четыре машины в каждой. Шли на высоте около полутораста метров, и в тот момент, когда начали рваться выпущенные крейсером снаряды, клюнув носом, машины уже теряли высоту, ложась на боевой курс. Перейдя в пике, торпедоносцы стали рассредоточиваться, как бы выбирая индивидуальные цели. Но это была только уловка. Несколько секунд спустя стало ясно, .что объектом нападения являются лишь два корабля "Стерлинг" и "Улисс". Даже идеальнейшая цель - подбитый транспорт и эскадренный миноносец "Сиррус", подошедший к нему, - не привлекла внимания атакующих."


Но всё-таки, "Улисс" (он же "Рпойлист") испытал многое:



А вот тут всё - "Улисс" выполнил свой долг до последнего:

"От торпедных аппаратов не осталось и следа; палубы изрешечены, деревянные настилы разбиты в щепы, кожух дымовой трубы изуродован до неузнаваемости, а сама труба накренилась на левый борт, пожалуй, на все пятнадцать градусов. Однако основная энергия взрыва оказалась направленной в корму, так что ударная волна почти целиком ушла в воду, при этом камбуз и корабельная лавка, и без того получившие значительные повреждения, теперь превратились в свалку искореженного металла.  Поднятое взрывом облако пыли и обломков еще не успело осесть,"



"Впоследствии Николлс так и не смог как следует описать, что же произошло. Он лишь смутно припоминал, что "Улисс" больше не нырял и не взлетал на волну, а летел с гребня на гребень волны на ровном киле. Палуба его круто накренилась назад, корма ушла под воду, метров на пять ниже кильватерной струи - могучего в своем великолепии потока воды, вздымавшегося над изуродованным ютом. Еще он помнил, что вторая башня стреляла безостановочно, посылая снаряд за снарядом. Те с визгом уносились, пронзая слепящую пелену снега, и миллионами светящихся брызг рассыпались на палубе и над палубой немецкого крейсера: в артиллерийском погребе оставались лишь осветительные снаряды. В памяти его смутно запечатлелась фигура Тэрнера, приветственно махавшего ему рукой, - и огромное, туго натянутое полотнище флага, уже растрепавшееся и оборванное на углах. Но одного он не мог забыть - звука, который сердцем и разумом запомнил на всю жизнь. То был ужасающий рев гигантских втяжных вентиляторов, подававших в огромных количествах воздух задыхающимся от удушья машинам. Ведь "Улисс" мчался по бушующим волнам самым полным ходом, со скоростью, которая способна была переломить ему хребет и сжечь дотла могучие механизмы. Сомнений относительно намерений Тэрнера не могло быть: он решил таранить врага, уничтожить его и погибнуть вместе с ним, нанеся удар с невероятной скоростью в сорок или более узлов.  Николлс неотрывно глядел, чувствуя какую-то растерянность, и тосковал душою: ведь "Улисс" стал частью его самого; милые его сердцу друзья, в особенности Капковый мальчик, - Джонни не знал, что штурман уже мертв, они тоже были частью его существа. Видеть конец легенды, видеть, как она гибнет, погружается в волны небытия, - всегда ужасно. Но Николлс испытывал еще и какой-то особый подъем. Да, то был конец, но какой конец! Если у кораблей есть сердце, если они наделены живой душой, как уверяют старые марсофлоты, то наверняка "Улисс" сам выбрал бы себе подобную кончину.  Крейсер продолжал мчаться со скоростью сорок узлов, как вдруг в носовой части корпуса над самой ватерлинией появилась огромная пробоина. Возможно, то взорвался вражеский снаряд, хотя он вряд ли мог попасть в корабль под таким углом. Вероятнее всего, то была торпеда, выпущенная не замеченной вовремя субмариной. Могло статься, что в момент, когда носовая часть корабля зарылась в воду, встречной волной торпеду выбросило на поверхность. Подобные случаи бывали и прежде; редко, но бывали... Не обращая внимания на страшную рану, на разрывы тяжелых снарядов, сыпавшихся на него градом, "Улисс" птицей летел навстречу врагу.  С опущенными до отказа орудиями "Улисс" по-прежнему мчался под огнем противника.  Внезапно раздался страшной силы оглушительный взрыв: в орудийном погребе первой башни сдетонировал боезапас. Вся носовая часть корабля оказалась оторванной. Облегченный бак на секунду взлетел в воздух. Затем изувеченный корабль врезался в набежавший вал и стал погружаться. Уже целиком ушел под воду, а бешено вращающиеся лопасти винтов продолжали увлекать крейсер все дальше в черное лоно Ледовитого океана. "

Нкльзя скзать: "Вечная память героям!", но, сколько же кораблей и эсминцев (да и корветов) прошло мимо "популярной" хроники. И тут судьбы, - ко-то попал в справочники, а кто-то и нет. Но, несмотря на! Я считаю, что, мы должны быть благодарны тем, кто уничтожал U-boat, кто топил "Графа Шпее" у Ла-Платы, тем кто провёл конвои в Мурманск, и тем кто отстоял Ленинград.